Рубрика: Новости

В сокровищнице Полтавского краеведческого музея им. Василия Кричевского посетители могут ознакомиться с уникальным набором серебряных украшений – комплектом приданного – свадебного убора знатной женщины-сиверянки. Рассказ гидов о комплексе древностей обязательно будет содержать информацию, что эти вещи уникальные и что это самый поздний по времени захоронения сиверянский клад, обнаруженный на Левобережье Днепра. В этом году появлению сокровища в музее исполняется своеобразный юбилей – ни много ни мало, а 115 лет.
Его находка связана с установлением, по крайней мере, двух новых фактов: по истории и времени вхождения территории Поворсклья в состав Древнерусского государства и подтверждением существования в Полтаве славяно-русского поселения. А еще она была следствием важного события – сооружения в городе первого водопровода, который, как известно, частью проложенных коммуникаций (а проще, труб) до сих пор действует в историческом центре нашего города.
С весны 1905 года от Панянки и возведенной там водонапорной башни в сторону Соборной площади прокладывалась «ветвь» водопровода. Она «обрастала» только что устроенными водораспределительная колонками. Одну из них планировалось соорудить напротив колокольни Успенского собора.

Именно там начали возводить необходимый колодец. И вот при его выкапывании строители наткнулись на остатки древнего жилья, в нем – глинобитной печи, а в последний, соответственно, – сокровища. Само оно было спрятано в печи или под ее стенами. Найденные вещи вынули и передали в земский Естественно-исторический музей, которым занимались земцы и помощник заведующего, археолог и этнограф Иван Зарецкий.
К осени того же 1905 года предметы клада уже были очищены от окислов. Они оказались сделанными из серебра довольно высокой пробы. Вскоре их смог осмотреть санкт-петербургский археолог – уроженец Полтавщины Николай Макаренко, который именно в окрестностях города проводил разведывательные археологические обследования. Конечно, первооткрыватель роменской археологической культуры (этот научный термин – эквивалент древностей летописных северян) сразу же увидел в них именно нужный ему как исследователю исторический контекст и попросил Ивана Зарецкого выполнить снимок предметов клада.
Условием полтавчан для ознакомления и фотографирования сокровища стала подготовка Николаем Макаренко первой научной публикации об этих предметах для местного научного журнала «Труды Полтавской Учёной архивное комисии». И она была довольно быстро выполнена, хотя вышла в издании только через три года. Фото же украшений, распечатанное Иваном Зарецким, длительное время «жило» в научном мире. Оно документально точное, профессиональное и фиксирует вид предметов на 1905 год.
Сам же клад во время пребывания в музее претерпел немало перипетий. Так, один из изображенных на фото браслетов был похищен из заведения в 1939 году, следовательно, его нынче увидеть невозможно. Осенью 1941-го работники местного госбанка эвакуировали комплекс вместе со всеми драгоценностями полтавских музеев, но в 1946 году вернули в город. В 1952-ом сокровище хотели забрать в Киев – в тогдашний Государственный исторический музей УССР. Но «не срослось». В 1964 году украшения разместили в постоянной выставке отдела истории дореволюционного общества, где они были выставлены до 1989-го. В 1991 году предметы клада были отреставрированы известным специалистом-славистом, археологом и реставратором Александром Григорьевым и в 1993 году помещены в сокровищницу – экспозицию «Уникальные предметы в собрании музея». С тех пор с комплектом можно ознакомиться в ее первом зале.

В состав клада входили шейная гривна, два семилучевых височных кольца – подвески к головному убору, восемь кованых с утолщенными концами браслетов и десяток спиралевидных височных колец.
Шейная гривна по типу замка с двойной петлей, с расширенными раскованными орнаментированными концами, относится к небольшой группе довольно выразительных украшений, известной в основном по достопримечательностям роменской культуры. Такие гривны есть в составе Ивахникивского клада и найдены на городище в Новотроицком, где датируются IX веком. Однако по средствам моделирования орнаментированных завершений гривна выступает наиболее поздним продуктом в типологической ряде подобных украшений.
Семилучевые височные кольца – достаточно грубые копии более древних подвесок со следами ремонта – выполнены по восковыми отпечатками из украшений Х столетия. Кованые браслеты с утолщенными концами в целом были все время на протяжении существования полесских древностей, часто «доживая» в использовании до позднего этапа развития роменской культуры. Господствующие в составе клада спиралевидные височные кольца так называемого полесского типа не слишком характерны для собственно роменских украшений. Они появились в Днепровском Левобережье в конце Х – начале ХI веков преимущественно в поселениях и погребениях с хорошо выраженными древнерусскими чертами, которые в основном датируются уже XI веком.
Итак, ювелирный комплект праздничного убора женщины из Полтавы по своему составу словно олицетворяет границу двух эпох – более древней полесско-роменской и древнерусской. Подобные смешанные наборы, как считают специалисты, бытовали в памятниках последних десятилетий Х – первого-второго десятилетия ХI веков. И именно это время лучше представлено в культурных наслоениях Полтавского поселения на Ивановой (Старополтавской) и Институтской горах, где преобладают археологически исследованные остатки разрушенных и заброшенных зданий начала XI века, которые завершают пору расцвета полесских поселений над Ворсклой.
Находка клада стала бесспорным подтверждением предположений первых исследователей археологии в Полтаве – Ивана Зарецкого, Льва Падалки и Василия Ляскоронского – о наличии в историческом центре города славяно-русского поселения. Следующие доказательства были получены уже в конце 1930-ых и во время разведок и раскопок Ивана Ляпушкина в 1945 – 1946 годах.
А что касается завершающего этапа истории поселения летописных северян в Полтаве, то нахождение клада показало некие сногсшибательные события времени вхождения территории Поворсклья в состав Древнерусского государства на начале XI века. С проведением раскопок на территории города в конце ХХ – начале XXI веков было установлено, что большинство исследованных жилищ и хозяйственных построек оказались уничтоженными пожаром во втором десятилетии ХІ века. В подклете нескольких из этих домов археологи обнаружили скелеты погибших при трагических обстоятельствах женщин. Условия нахождения указывали на гибель последних в результате военного погрома. Кстати, следы пожара были заметны не только на Ивановой горе, но и посаде, отграниченном Мазуровским оврагом, напротив центрального очага поселения – на соседней Институтской горе. Поэтому это могли быть следы карательной операции, устроенной для обеспечения контроля великокняжеской властью над юго-восточными территориями полесского союза племен. Известно, что местные сиверяне, поддерживаемые печенегами, выразили неповиновение Киеву, что и привело к походу на эти земли дружин князя Бориса Владимировича между 1015 и 1019 годами, а также «примучивания» сиверян к повиновению средствами, присущими эпохе. Об этом, в частности, говорится и в «Сказании о святых Борисе и Глебе». Как известно, устроенные дружинниками погромы привели и к гибели самого князя Бориса, убитого за издевательство над мирным населением сиверянами (не только ими?) на Альте… А со второй четверти XI века территория Поворсклья уже окончательно вошла в состав Древнерусского государства.
Представляется, что Полтавское поселение не было окончательно уничтожено в результате погрома, а возродилось в Древнерусскую эпоху и постепенно росло к концу XI века. Подтверждением именно такого хода событий является Полтавский клад 1905 года, который спрятала в печи более тысячи лет назад состоятельная женщина-сиверянка при приближении к дому врагов.
По материалам Полтавского краеведческого музея им. Василия Кричевского